Главная страница 1страница 2страница 3страница 4
скачать файл



Европейский Суд по правам человека

Дело Салман (Salman) против Турции

(жалоба № 21986/93)

Решение



Страсбург, 27 июня 2000 г.
Настоящее решение подлежит редакционной переработке перед его публикацией в окончательном виде в официальных отчетах о некоторых решениях и постановлениях Суда.
В деле Салман против Турции
Европейский суд по правам человека, заседавший в соответствии со статьей 27 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее именуемой "Конвенция") и поправкой, внесенной Протоколом №11[1], и соответствующими положениями Регламента Суда2 в качестве Большой палаты, состоящей из нижеперечисленных судей:
г-на Л. ВильдхаберА (L. WILDHABER), Председателя,

г-на Дж.-П. КОСТА (J.-P. COSTA),

г-на А. ПАСТОРА РИДРУЭХО (A. PASTOR RIDRUEJO),

г-на Л. ФЕРРАРИ БРАВО (L. FERRARI BRAVO),

г-на Дж. БОНЕЛЛО (G. BONELLO),

г-на Ж. МАКАРЧИКА (J. MAKARCZYK),

г-на П. КУРИСА (P. KūRIS),

г-жи Ф. ТУЛКЕНС (F. TULKENS),

г-на В. БУТКЕВИЧА (V. BUTKEVYCH),

г-на Ж. КАСАДЕВАЛЛА (J. CASADEVALL),

г-жи Н. ВАЖИЧ (N. VAJIć),

г-жи Х.С. ГРЕВЕ (H.S. GREVE),

г-на А.Б. БАКИ (A.B. BAKA),

г-на Р. МАРУСТЕ (R. MARUSTE),

г-жи С. БОТОУЧАРОВОЙ (S. BOTOUCHAROVA),

г-на М. Угрехелидзе (M. UGREKHELIDZE),

г-на Ф. Гёльчюклю (F. GöLCüKLü), судьи ad hoc,

а также г-на М. ДЕ САЛЬВИА (M. DE SALVIA), Секретаря Суда


проведя совещание при закрытых дверях 2 февраля и 31 мая 2000 года,
выносит следующее решение, которое было принято в последнюю из вышеупомянутых дат:
ПРОЦЕДУРНЫЕ ВОПРОСЫ
1. Дело было передано в Суд, созданный в соответствии с прежней статьей 19 Конвенции3, Европейской комиссией по правам человека (далее именуемой "Комиссия") 7 июня 1999 г. с соблюдением трехмесячного срока, предусмотренного прежней статьей 32, параграф 1 и статьей 47 Конвенции. Оно было возбуждено по жалобе (петиции) (№21986/93) против Республики Турция, поданной в Комиссию 20 мая 1993 года в соответствии со статьей 25 гражданкой Турции г-жой Бехийе Салман.
В просьбе Комиссии содержалась ссылка на прежние статьи 44 и 48 и правило 32, параграф 2 прежнего Регламента Суда А1. Целью просьбы было получить решение Суда относительно того, свидетельствуют ли факты по данному делу о нарушении государством-ответчиком своих обязательств в соответствии со статьями 2, 3, 13, 18 и прежней статьей 25 Конвенции.
2. 20 сентября 1999 года комитет Большой палаты принял решение о том, что дело будет рассматриваться Большой палатой Суда (статья 5, параграф 4 Протокола №11 и правила 100, параграф 1, и 24, параграф 6 Регламента Суда). В состав Большой палаты входили ex officio г-н Р. Тюрмен (R. Türmen), судья, избранный от Турции (статья 27, параграф 2 Конвенции и правило 34, параграф 4), г-н Л. Вильдхабер (L. Wildhaber), Председатель Суда, г-жа Э. Пальм (E. Palm), заместитель Председателя Суда, и г-н Ж.-П. Коста (J.-P. Costa) и г-н М. Фишбах (M. Fischbach), заместители председателей Секций (статья 27 параграф 3 Конвенции и правило 24, параграфы 3 и 5(а). Другими членами, назначенными в состав Большой палаты, были г-н А. Пастор Ридруэхо (A. Pastor Ridruejo), г-н Дж. Бонелло (G. Bonello), г-н Ж. Макарчик (J. Makarczyk), г-н П. Курис (P. Kūris), г-жа Ф. Тулкенс (F. Tulkens), г-жа В. Стражницка (V. Strážnická), г-н В. Буткевич (V. Butkevych), г-н Ж. Касадевалл (J. Casadevall), г-жа Х.С. Греве (H.S. Greve), г-н А.Б. Бака (A.B. Baka), г-н Р. Марусте (R. Maruste) и г-жа С. Ботоучарова (S. Botoucharova) (правила 24, параграф 3, и 100, параграф 4).
Позднее г-н Тюрмен, который принимал участие в рассмотрении дела Комиссией, вышел из состава Большой палаты (правило 28). 22 октября 1999 года турецкое правительство (именуемое далее "Правительство") назначило в качестве судьи ad hoc г-на Ф. Гёльчюклю (F. Gölcüklü) (статья 27, параграф 2 Конвенции и правило 29, параграф 1). Место г-на Фишбаха и г-жи Стражницкой, которые не смогли принимать участия в дальнейшем рассмотрении дела, заняли г-жа Н. Важич (N. Vajić) и г-н М. Угрехелидзе (M. Ugrekhelidze), судьи замены (правило 24, параграф 5(b)).
3. Секретарь Суда получил памятную записку с изложением фактов от заявителя 2 декабря 1999 г. и от Правительства 4 января 2000 г.
4. Слушание дела состоялось в открытом заседании во Дворце прав человека, Страсбург, 2 февраля 2000 г.
Перед судом предстали:
(а) от Правительства:
г-н М. ЁЗМЕН (M. ÖZMEN), представитель,

г-жа Й. КАЙААЛП (Y. KAYAALP),

г-н О. ЗЕЙРЕК (O. ZEYREK),

г-жа М. ГЮЛЬСЕН (M. GüLSEN),

г-н Х. ЧЕТИНКАЙА (H. ÇETINKAYA), советники;
(b) от заявителя:
г-жа А. РЕЙДИ, адвокат,

г-жа Ф. ХЭМПСОН (F. HAMPSON)

г-н О. БАЙДЕМИР (O. BAYDEMIR),

г-жа Р. ЯЛЧИНДАДЖ (R. YALçINDAğ),

г-н М. КИЛАВУЗ (M. KILAVUZ), советники.


Суд выслушал обращения г-жи Рейди и г-на Ёзмена.
5. 31 мая 2000 г. г-жа Пальм, которая не смогла принять участие в дальнейшем рассмотрении дела, была замещена г-ном Л. Феррари Браво (L. Ferrari Bravo) (правила 23, параграф 5(b) и 28).
ФАКТЫ
I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
6. Сторонами оспаривались факты по данному делу, в частности, касающиеся событий, происшедших 28 и 29 апреля 1992 года, когда муж заявительницы, Ажит Салман (Agit Salman), был задержан полицией и позже скончался. Комиссия в соответствии с прежней статьей 28, параграф 1(а) Конвенции провела расследование с помощью сторон.
Комиссия заслушивала свидетелей в Анкаре с 1 по 3 июля 1996 года и в Страсбурге 4 декабря 1996 года и 4 июля 1997 года. В число свидетелей входили заявительница, ее сын Мехмет Салман (Mehmet Salman), ее деверь Ибрагим Салман (İbrahim Salman); полицейские Ахмет Динчер (Ahmet Dinçer) и Шевки Ташчи (Şevki Taşçı), проводившие задержание Ажита Салмана, надзиратели, дежурившие в период содержания Ажита Салмана под стражей - Ёмер Инджейилмаз (Ömer İnceyılmaz), Сервет Озйилмаз (Servet Ozyılmaz ) и Ахмет Бал (Ahmet Bal); сотрудники бригады, проводившей допросы, Ибрагим Ешил (İbrahim Yeşil), Эрол Челеби (Erol Çelebi) и Мустафа Кайма (Mustafa Kayma), которые доставили Ажита Салмана в больницу; прокурор Аданы Тевфик Айдин (Tevfik Aydın), который присутствовал на вскрытии тела, врач Аданской государственной больницы д-р Али Танси (Ali Tansı), который объявил, что Ажит Салман мертв, д-р Фатих Шен (Fatih Şen), проводивший вскрытие; профессор Абердинского университета д-р Дерек Паундер (Derek Pounder), судебно-медицинский эксперт, вызванный заявительницей, и сотрудница Стамбульского института судебной медицины д-р Билже Киранжил (Bilge Kirangil), которая проводила проверку вскрытия, выполненного д-ром Фатихом Шеном.
Комиссия также обратилась с просьбой дать заключение по медицинским вопросам рассматриваемого дела к эксперту – профессору Корднеру, профессору кафедры судебной медицины университета Монаш, штат Виктория (Австралия) и директору института судебной медицины штата Виктория.
7. Установленные Комиссией факты, с которыми согласна заявительница, изложены в докладе Комиссии от 1 марта 1999 г. и приводятся в кратком изложении ниже (раздел А). Аргументы Правительства относительно фактов и медицинские заключения экспертов также приведены в кратком изложении ниже (соответственно в разделах В и С).
А. Факты, установленные Комиссией
8. Ажит Салман, муж заявительницы, работал водителем такси в Адане. Во время происходивших в данном деле событий ему было 45 лет. В его анамнезе не было упоминаний о слабом здоровье или заболеваниях сердца.
9. 26 февраля 1992 года Ажит Салман был задержан и взят под стражу сотрудниками полиции из отделения по борьбе с терроризмом Аданского управления безопасности. Сотрудником полиции, отвечавшим за проведение его допроса, был Ибрагим Ешил. Ажита Салмана отпустили в 5.30 пополудни 27 февраля 1992 г. Он рассказал заявительнице и своему сыну Мехмету о том, что в течение ночи, проведенной под стражей, его избивали и погружали в холодную воду. В течение двух дней он не выходил на работу из-за простуды.
10. Во время операции, проводимой с целью ареста ряда лиц, подозреваемых в принадлежности к Рабочей партии Курдистана (РПК), сотрудники полиции вскоре после полуночи 28 апреля 1992 г. пришли в дом заявительницы, чтобы найти Ажита Салмана. Он был занесен в список разыскиваемых полицией за деятельность, включавшую в себя участие в праздновании Невруза (курдского Нового года) 23 марта 1992 г. и соучастие в открытии стрельбы и нападении на силы безопасности, в ходе которого один человек был убит, а четверо ранены. Однако Ажит Салман был на работе, за рулем своего такси.
11. Сотрудники полиции нашли Ажита Салмана на стоянке такси в Йешилова примерно в 1 час ночи 28 апреля 1992 г. Помощник суперинтендента полиции Ахмет Динчер и полицейские Шевки Ташчи и Али Шари взяли его под стражу. В протоколе об аресте, составленном полицейскими, ничего не было сказано о какой-либо борьбе или необходимости применять силу для того, чтобы посадить Ажита Салмана в полицейскую машину. Между их письменными показаниями, которые они дали прокурору позднее, 22 мая 1992 г., когда они заявляли, что в определенной степени могли толкать и тащить задерживаемого, и их показаниями перед Комиссией не было никаких несоответствий. В своих устных показаниях перед членами Комиссии Ахмет Динчер и Шевки Ташчи постоянно утверждали, что им пришлось вести Ажита Салмана в машину за руки, но это не было связано с применением силы и он при этом не получал никаких ударов или синяков. Мехмет Салман слышал от водителей такси на стоянке, что его отец не оказывал сопротивления при аресте, и два водителя такси, которых прокурор попросил дать показания, тоже не слышали, что Ажит Салман оказывал сопротивление при аресте.
12. Перед тем, как Ажита Салмана поместили в камеру в изоляторе, его не показывали врачу. Комиссия установила, что факт причинения ему каких-либо травм при аресте доказан не был, и не было доказано, что у него были какие-либо признаки нездоровья или трудности с дыханием.
13. Дежурный надзиратель Ёмер Инджейилмаз занес поступление Ажита Салмана в изолятор, которое произошло в 3 часа утра 28 апреля 1992 г. Какой-либо письменно зафиксированной информации или показаний, рассказывающих о времени, которое прошло между его арестом, произведенным, в соответствии с рапортом производивших арест полицейских, в 1.30 утра, и его регистрацией в изоляторе, не было.
14. Помощник суперинтендента Ибрагим Ешил был руководителем бригады полицейских, которым было поручено допрашивать Ажита Салмана. В его бригаду входили полицейские Эрол Челеби, Мустафа Кайма и Хасан Аринч.
15. Известно, что в связи с проведением этой же операции были арестованы еще двое подозреваемых – Бехъеттин Эл, помещенный под стражу 15 апреля 1992 г., и Ферхан Тарлак, также задержанный 28 апреля 1992 г. В связи с расследуемыми преступлениями был также взят под стражу и третий подозреваемый, Ахмет Гержин. Ибрагим Ешил взял показания у Бехъеттина Эла и Ахмета Гержина 29 апреля 1992 г. Бехъеттин Эл заявил, что его допрашивали до прибытия Ферхара Тарлака, т.е. 28 апреля 1992 г. или раньше.
16. Каких-либо записей, фиксирующих перемещения задержанных в камеры и из камер, например, где было бы отмечено время проведения допросов, не было. Участвовавшие в этих событиях полицейские в своих показаниях прокурору, взятых у них между 18 и 25 мая 1992 г., отрицали, что Ажит Салман подвергался допросу, в частности, во время нахождения под стражей, поскольку никакие допросы не должны были проводиться до завершения операции. Ибрагим Ешил, Мустафа Кайма и Хасан Аринч утверждали то же самое в своих устных показаниях делегатам Комиссии. Комиссия установила, что их утверждения, будто Ажит Салман не допрашивался в течение двадцати четырех часов после его ареста, являются неправдоподобными, непоследовательными и недостаточно правдивыми (см. анализ свидетельских показаний, проведенный Комиссией, доклад Комиссии от 1 марта 1999 г., пп.271-278). Принимая во внимание также и другие свидетельские показания, Комиссия установила, что Ажит Салман допрашивался следственной бригадой в период своего нахождения под стражей.
17. Вскоре после полуночи 29 апреля 1992 г. Ибрагим Ешил, Мустафа Кайма, Хасан Аринч и Эрол Челеби доставили Ажита Салмана в Аданскую государственную больницу. Там его немедленно осмотрел д-р Али Танси. Сердцебиение, дыхание и другие жизненные функции организма Ажита Салмана прекратились, на лице и на ушах развился цианоз, зрачки были расширены. Д-р Танси объявил, что Ажит Салман по прибытии был мертв, и пришел к заключению, что он умер за 15-20 минут до этого.
18. Согласно заявлению, подписанному полицейскими, которые сообщили, что они доставили Ажита Салмана в больницу в 2 часа утра 29 апреля 1992 г., надзиратель изолятора сообщил им в 1.15 утра, что Ажит Салман болен. Подозреваемый сказал им, что его беспокоит сердце, и они незамедлительно отвезли его в отделение скорой помощи государственной больницы.
19. 29 апреля 1992 г. судебно-медицинский эксперт Аданской больницы д-р Фатих Шен произвел осмотр тела в присутствии прокурора. В протоколе осмотра отмечается, что в передней части подмышечной ямки имеются два высохших осаднения размером 1 см на 3 см, спереди на левой лодыжке свежая царапина размером 1 см на 1 см, а в передней части грудной клетки старый травматический кровоподтек размером 5 см на 10 см. Каких-либо ран от заостренного предмета или огнестрельного оружия не было. Д-р Шен сделал вывод о том, что для выяснения причины смерти необходимо произвести вскрытие трупа. В документах указывается, что вскрытие трупа было произведено в тот же день. Образцы тканей органов были отправлены на анализ.
20. Примерно в 1 час пополудни 29 апреля 1992 г. Мехмет Салман был доставлен полицией в управление безопасности, где прокурор сообщил ему о том, что его отец умер от сердечного приступа. 30 апреля Ибрагим Салман поехал в судебно-медицинское отделение для опознания трупа. Тело было выдано семье, которая обязалась похоронить его до Первомайского праздника. Родственники обмыли тело на кладбище. Ибрагим Салман видел кровоподтеки и видимые пятна в подмышечных ямках. Пятна, напоминающие отверстия, имелись на спине. Были видны пятна на одной стопе, которая была распухшей. По просьбе членов семьи были сделаны четыре цветных фотоснимка трупа.
21. Двадцать первого мая 1992 г. д-р Фатих Шен представил протокол вскрытия. В нем повторялись объективные результаты, зафиксированные в протоколе осмотра, но на этот раз кровоподтек в передней части грудной клетки был описан как имеющий лиловый цвет. Исследование внутренних органов показало, что вес каждого легкого составлял 300 г, при этом легкие были отечными, а сердце, весившее 550 г, было больше нормальных размеров. Мозг был отечным. В некоторых сосудах отмечены признаки атеросклероза, а париетальный слой миокарда плотно прилегал к сердцу. Грудина была сломана, а в окружающих мягких тканях были следы свежего кровоизлияния, что могло быть вызвано попыткой реанимации.
Была также сделана ссылка на гистопатологическое заключение от 18 мая 1992 г., в котором было отмечено наличие хронического бронхита в легких, артериосклеротических изменений, сужающих просвет в коронарных артериях, и хронического констриктивного перикардита, хронического миокардита, гиперплазии и гипертрофии миокарда в сердце. В протоколе в качестве заключения было сказано, что фактической причины смерти установить не удалось, и предлагалось направить дело в Стамбульский институт судебной медицины.
22. Двадцать второго мая 1992 г. фотографии, сделанные родственниками, были переданы прокурору.
23. 18 мая 1992 г. прокурором были взяты показания у бригады, проводившей допросы (Ибрагима Ешила, Мустафы Каймы, Хасана Аринча и Эрола Челеби). 22 мая были взяты показания у полицейских, проводивших арест, Ахмета Динчера, Али Сари и Шевки Ташчи, а также у надзирателей Ахмета Бала, Сервета Озйилмаза и Ёмера Инджейилмаза. Также показания были взяты у Бехъеттина Эла и Ферхана Тарлака 8 мая, у заявительницы 26 мая, Темира Салмана (отца Ажита Салмана) 29 мая, у двух водителей такси Хасана Четина и Абдуррахмана Бозкурта 29 мая и 30 июня соответственно и у д-ра Али Танси 30 июня 1992 г.
24. 15 июля 1992 г. представил свое заключение Стамбульский институт судебной медицины. Заключение было подписано семью членами Первого специального комитета, в том числе д-ром Билже Киранжил. В этом заключении напоминалось о том, что Ажита Салмана во время ареста толкали, что ему стало плохо перед допросом или, как утверждалось, что он умер во время допроса. На основании свидетельских показаний утверждалось, что он находился в своей камере до тех пор, пока не стал жаловаться на то, что его беспокоит сердце, и в этот момент его немедленно доставили в больницу.
В заключении поддерживались результаты исследования внутренних органов и внешнего осмотра, проведенных при вскрытии трупа. Был сделан вывод о том, что, помимо мелких, свежих, травматических царапин на лодыжке и старого лилового кровоподтека в передней части грудной клетки, никаких других травматических повреждений обнаружено не было. Свежее кровоизлияние вокруг грудины могло быть отнесено на счет попытки реанимации. Никаких данных о том, что он умер от какой-либо прямой травмы, не было. Поверхностные травмы на теле могли быть объяснены его сопротивлением и борьбой при аресте или при усаживании в полицейскую машину, хотя и могли быть нанесены непосредственно. Сами по себе они не были смертельными. Относительно большие размеры сердца, склероз в артериях сердца и признаки прежнего инфекционного заболевания на сердечной оболочке и мышцах указывали на давнюю болезнь сердца. В заключении был сделан вывод о том, что, хотя умерший перед арестом активно жил и работал, его смерть в течение двадцати четырех часов после ареста могла быть вызвана остановкой сердца, связанной с нейрогуморальными изменениями, вызванными стрессом от происшедшего с ним инцидента, в сочетании с имеющейся болезнью сердца.
25. 19 октября 1992 года прокурор Аданы принял решение не возбуждать уголовного дела. Он заявил, что примерно в 1.15 утра 29 апреля 1992 г. Ажит Салман сообщил полицейским о том, что ему плохо с сердцем, и его доставили в Аданскую государственную больницу, где он и умер. Согласно судебно-медицинского заключения, у Ажита Салмана была давнишняя болезнь сердца, во время ареста могли быть причинены любые поверхностные повреждения, и смерть наступила в результате сердечного приступа, вызванного стрессом от инцидента и заболеванием сердца. Данных, обосновывающих необходимость возбуждения уголовного дела, не было.
26. 13 ноября 1992 г. заявительница обжаловала решение о невозбуждении уголовного дела, утверждая, что Ажит Салман был подвергнут допросу и умер под пытками.
27. 25 ноября 1992 г. председатель выездной судебной сессии Тарсуса отклонил жалобу заявительницы.
28. 22 декабря 1992 г. министр юстиции в соответствии со статьей 343 Уголовно-процессуального кодекса направил дело в Кассационный суд. 16 февраля 1994 года Кассационный суд отменил решение о невозбуждении уголовного дела и направил дело обратно прокурору Аданы для подготовки обвинительного акта.
29. В обвинительном акте от 2 мая 1994 года десяти сотрудникам полиции (Ёмеру Инджейилмазу, Ахмету Динчеру, Али Сари, Шевки Ташчиту, Сервету Озйилмазу, Ахмету Балу, Мустафе Кайме, Эролу Челеби, Ибрагиму Ешилу, Хасану Аринчу) было предъявлено обвинение в убийстве в деле № 1994/135. Слушания проходили в выездной сессии Аданского суда, inter alia, 27 июня, 26 сентября, 31 октября и 1 декабря 1994 г. Обвиняемые себя виновными не признали. Устные показания давали шесть из десяти полицейских (Ахмет Динчер, Шевки Ташчит, Мустафа Кайма, Эрол Челеби, Ибрагим Ешил и Хасан Аринч), которые подтвердили свои письменные показания и отрицали факт противоправного обращения с Ажитом Салманом. Суд также заслушал Темира Салмана, отца Ажита Салмана, заявительницу и д-ра Али Танси, врача, дежурившего в отделении скорой помощи Аданской государственной больницы. От Бехъеттина Эла были взяты письменные показания.
30. В своем решении от 26 декабря 1994 г. выездная сессия Аданского суда определила, что установить, действительно ли обвиняемые применяли силу или насилие в отношении Ажита Салмана или угрожали ему или пытали его для получения признания, невозможно. Поверхностные травмы на его теле могли быть получены по другим причинам, например, когда его арестовывали. Судебно-медицинские заключения указывали на то, что Ажит Салман умер от того, что поверхностными травмами была осложнена имевшаяся у него ранее болезнь сердца. Однако никаких доказательств того, что эти травмы были причинены обвиняемыми, не было. Суд оправдал обвиняемых за недостаточностью улик.
31. Заявительница, которая выступала в судебном процессе в качестве истицы, не обжаловала оправдательного приговора, который вступил в силу 3 января 1995 года.
32. Комиссия на основании письменных и устных показаний, фотографий и медицинских заключений, представленных профессором Паундером и профессором Корднером, установила, что Ажит Салман умер скоропостижно, без затяжного периода диспноэ. На его левой лодыжке имелись синяки и царапины, которым не было дано никакого объяснения, а на подошве левой стопы имелись кровоподтек и опухоль, которые не могли быть причинены случайно. Это совпадает с признаками применения фалаки (см. пункт 71 ниже). Кровоподтек посередине грудной клетки не был точно датирован гистопатологическими средствами и не было показано отсутствие связи между ним и сломанной грудиной. Эти травмы в совокупности не могли быть причинены массажем сердца. Комиссия также выразила недоверие устным показаниям полицейских Ибрагима Ешила, Мустафы Каймы и Эрола Челеби, которые утверждали, что проводился массаж сердца, и отметила, что этот факт впервые был упомянут, когда показания давались членам Комиссии в июле 1996 года, через четыре года после событий. Комиссия пришла к выводу, что Ажита Салмана по время допроса подвергали пыткам, и это спровоцировало остановку сердца и тем самым вызвало его смерть.
33. 24 января 1996 года заявительница была вызвана в антитеррористический отдел Аданского управления безопасности. Там сотрудники составили протокол, на котором был поставлен отпечаток ее большого пальца. Протокол был озаглавлен "Об обращении ее за помощью в европейские органы по правам человека" и начинался словами "Свидетельнице был задан вопрос: просим вас объяснить, обращались ли вы в Европейскую ассоциацию по правам человека, просили ли вы о помощи и заполнили ли вы форму обращения. Кто посредничал в подаче вашей жалобы?" Протокол имел целью изложить ее объяснения по поводу того, как ей удалось подать жалобу в Комиссию. Она подтвердила, что документы с просьбой о правовой помощи она заполнила сама. В своих устных показаниях, которые Комиссия признала правдоподобными и обоснованными, заявительница утверждала, что в управлении безопасности ей завязали глаза, наносили удары и что сотрудники управления велели ей отозвать свою жалобу.
34. Заявительница была вызвана вторично. В протоколе, датированном 9 февраля 1996 года и подписанном сотрудниками полиции, были перечислены подробности, касающиеся доходов и расходов заявительницы, и подтверждалась ее декларация о средствах. В этот или в другой день ее приводили к прокурору и снова спрашивали о ее декларации о средствах. Во время этого собеседования никаких угроз не высказывалось.
В. Аргументы, приведенные Правительством
35. Правительство ссылалось на показания, данные сотрудниками полиции, протокол вскрытия и заключение Стамбульского института судебной медицины, а также на устные показания д-ра Билже Киранжил перед членами Комиссии.
36. Ажит Салман страдал имевшейся у него ранее болезнью сердца. Когда его арестовывали, ему были причинены мелкие травмы. Кровоподтек на груди, который был фиолетового цвета и потому старый, возник до его ареста. В период содержания под стражей в Аданском управлении безопасности его не допрашивали, поскольку операция еще не была завершена. Примерно в 1 час утра он стал звать на помощь и сообщил надзирателю изолятора, что ему плохо с сердцем. Надзиратель позвал на помощь сотрудников следственной бригады, которые находились неподалеку в ожидании следующего этапа операции. Эти сотрудники посадили Ажита Салмана, которому было трудно дышать, в полицейский фургон и повезли его в больницу. По дороге они остановили фургон, и Мустафа Кайма в течение короткого времени делал Ажиту Салману реанимацию по методу "рот в рот" и массаж сердца. Они привезли Ажита Салмана в отделение скорой помощи, где им сказали, что он умер.
37. Вскрытие трупа и заключение Стамбульского института судебной медицины показали, что Ажиту Салману не было причинено никакой серьезной травмы, что перелом грудины был вызван сердечным массажем и что он умер по естественным причинам, несмотря на всю оказываемую ему возможную помощь.
38. В своих показаниях перед членами Комиссии д-р Билже Киранжил высказала мнение о том, что кровоподтек на груди имел давность не менее 2-3 дней и не был связан с переломом грудины и что отек головного мозга свидетельствовал о затяжном периоде нарушения дыхания перед смертью. Каких-либо результатов по фотографиям получить было невозможно, так как это были фотографии любительские и плохого качества. Она не считала большим недостатком отсутствие судебно-медицинских фотографий надлежащего качества. В заключении Института не было указано на наличие следов противоправного обращения, поскольку доказательства таковых отсутствовали. Остановка сердца в данном случае могла быть вызвана гормональными факторами или воздействием окружающей среды, например, экстремально высокими температурами. Если бы кровоподтек и перелом грудины были вызваны прямым ударом, можно было бы ожидать ушиб и экхимоз на задней поверхности грудины и кровоподтек на передней и задней поверхности правого желудочка сердца. Хотя и можно ожидать, что легкие человека, который не мог дышать в течение тридцати минут, будут иметь увеличенный вес от 500 до 600 г, отнюдь не обязательно, что так и было на самом деле; все зависит от конкретного человека (резюме показаний д-ра Киранжил приводится в докладе Комиссии, пп. 233-241).
С. Медицинские заключения экспертов
1. Заключение профессора Паундера, представленное 26 ноября 1996 года от имени заявительницы
39. Профессор Паундер является профессором кафедры судебной медицины в университете Данди и, inter alia, членом Королевской коллегии патологоанатомов, заграничным членом коллегии патологоанатомов Гонконга, членом секции патологоанатомов Королевской коллегии врачей Ирландии и членом Королевской коллегии патологоанатомов Австралазии. Заключение было составлено, inter alia, на основании внутренних документов вскрытия трупа и заявлений и показаний свидетелей. Оно может быть изложено в сжатом виде следующим образом.
40. Результаты вскрытия трупа показали, что Ажит Салман страдал имевшейся ранее естественной болезнью сердца, а именно, хроническим воспалением, связанным с появлением спаек перикарда, которое было давним и проходило неактивно. В далеком прошлом он мог перенести ревматизм сердца, который мог бы в то время проявляться в виде острой фебрильной болезни, не обязательно с какими-либо симптомами поражения сердца. Сердце было увеличено, имело вес 550 г, что свидетельствует о том, что произошло компенсаторное увеличение сердечной мышцы.
41. Сердце весом более 500 г может вызывать внезапную и неожиданную смерть в любой момент вследствие аномалии сердечного ритма. Это может быть ускорено физическим или эмоциональным стрессом или произойти внешне спонтанно, без каких-либо ускоряющих событий.
43. Кроме болезни сердца, имелось четыре травмы.
В передней части правой подмышечной ямки были две ссадины, каждая размером 3 см на 1 см, которые были описаны как высохшие и ксеродермические. Не было очевидно, проводилось ли их рассечение для того, чтобы посмотреть, не было ли ассоциирующих с ними побоев, однако, учитывая описание, вполне резонно было допустить, что это были посмертные изменения.
На передней части левой лодыжки имелись две царапины размером 1 см на 1 см, которые были описаны как свежие и кровавые. Казалось, что они, по всей видимости, могли быть нанесены во время ареста, но их расположение и размеры не указывали на какую-либо конкретную причину.
В центре грудной клетки был кровоподтек размером 5 см на 10 см, который был описан как старый и имеющий лиловый цвет.
Грудина была сломана, было отмечено свежее кровоизлияние в прилегающих мягких тканях.
43. Кровоподтек на грудной клетке находился непосредственно над переломом грудины. Кровоизлияние вокруг перелома позволяло предположить, что перелом произошел до смерти, а не после нее. Получения такого перелома обычно бывает достаточно для того, чтобы вызвать аномалию в ритме расположенного ниже сердца и тем самым вызвать внезапную смерть. Поэтому перелом грудины представлял собой одну из возможных причин смерти. Хотя теоретически перелом может произойти в результате падения, это было бы необычно, так как для этого потребовался бы удар о какой-либо выступающий предмет или край, и он ассоциировал бы с травмами других частей тела. Перелом также мог быть вызван сердечным массажем, если при этом прикладывалась очень большая сила. Его причиной также мог быть удар. В таком случае можно было бы ожидать появления синяка на коже, несмотря на то, что последовавшая за этим смерть наступила быстро. Хотя д-р Фатих Шен охарактеризовал кровоподтек на груди как старый и, косвенно, как являющийся следствием какого-либо другого события, его собственная точка зрения состояла в том, что, учитывая расположение кровоподтека непосредственно над переломом, для вывода о том, что они не связаны между собой, потребовались бы убедительные медицинские факты. Мнение д-ра Шена по поводу давности кровоподтека основывалось на субъективной оценке цвета невооруженным глазом. Однако кровоподтек был описан как имеющий лиловый цвет, что полностью соответствует свежему кровоподтеку. Можно было бы ожидать, что кровоподтек давностью 2-3 дня приобретет желтоватый оттенок. Четко определить, был ли это свежий кровоподтек или старый, можно было бы простым гистопатологическим исследованием. Подобного рода кровоподтек не мог бы появиться в результате надавливания рукой во время массажа сердца. Д-р Шен заключил, что, учитывая близость кровоподтека и перелома и отсутствие каких-либо четких доказательств того, что кровоподтек образовался в какое-то другое время и при иных обстоятельствах, кровоподтек и перелом произошли одновременно в результате удара, который вызвал аномалию сердечного ритма.
44. Результаты вскрытия трупа, в частности, вес легких (каждое по 300 г, т.е. близко к минимуму) указывали на то, что смерть наступила очень быстро, а не была растянутой во времени. У медленно умирающих людей с постепенной сердечной недостаточностью вес легких часто бывает 500-600 г, а иногда достигает 1000 г. Это является результатом скопления в легких жидкости вследствие отказа качающего действия сердца и выражается клинически в виде одышки и затрудненности дыхания. Смертельные исходы, связанные с мгновенным коллапсом, ассоциируют с малым весом легких, как было в данном случае. Относительно медленная смерть также ассоциирует с застойной печенью. Таким образом, результаты вскрытия трупа и гистопатологическое исследование убедительно свидетельствуют против возможности продолжительного периода умирания с симптомами одышки, а наоборот, указывают на быструю смерть.
45. Что касается процедуры вскрытия трупа, в ней имелись серьезные недостатки. Хотя было всего лишь две теоретические возможности перелома – наружный массаж сердца или удар, не было предпринято никаких действий для точного установления факта проведения массажа. Содержащееся в протоколе вскрытия заявление о том, что перелом мог быть вызван массажем, не представляло собой полного и откровенного утверждения и могло быть неверно истолковано как подразумевающее, что д-р Шен знал о том, что была предпринята такая попытка реанимации, тогда как на самом деле он этого не знал. Ему следовало провести различие между фактом и предположением. Также нужно было включить как можно больше описательных подробностей, касающихся кровоподтека, перелома и болезни сердца, а в этом отношении степень детализации была явно недостаточной.
2. Дополнительное заключение профессора Паундера, представленное 26 ноября 1996 года от имени заявительницы
46. В дополнении от 26 ноября 1996 г. содержится анализ четырех фотографий, которые были охарактеризованы как имеющие плохое качество. Однако на фотографии подошв ног, тем не менее, было отчетливо видно изменение цвета подошвы левой стопы на лилово-красный, с небольшой припухлостью. В основании правого мизинца ноги была белая блестящая полоса. Изменение цвета подъема стопы и подошвы левой ноги неизбежно наводит на предположение об ушибах с сопутствующим небольшим опуханием и не согласуется с посмертным гравитационным скоплением крови. Ушибы такой степени не могли быть нанесены в результате посмертной травмы, а травма в таком месте вряд ли могла быть вызвана падением в то время, когда жертва еще была жива. Поэтому эта травма неизбежно указывает на то, что по ноге был нанесен один удар или несколько ударов. Пятно на мизинце правой ноги позволяет с полным основанием предположить, что это след лигатуры, хотя такой гиперемии, которая указывала бы на тугое наложение лигатуры, пока жертва еще была жива, не было; нельзя было по внешнему виду предположить и пропускание электрического тока. Ни ту, ни другую возможность исключить нельзя, и пятно это необычное.
47. Если рассматривать повреждения красного цвета на передней стороне левой лодыжки вместе с ранами на подошве левой стопы, можно предположить, что лодыжки были зажаты каким-то механизмом, который был наложен на переднюю сторону обеих лодыжек, и что ограниченный таким образом в своих движениях человек получал удары по подошве левой стопы.
48. Следы в правой подмышечной ямке были видны нечетко. Их расположение, ориентация и окраска не похожи на то, чего можно обычно ожидать от посмертного артефактного повреждения, и наводят на мысль о возможном следе от электрического контакта, образовавшемся еще при жизни жертвы. В сочетании с необычными следами на мизинце правой ноги это вызывает подозрение о применении электричества, когда один вывод обвязывается вокруг мизинца ноги, а другой прикладывается к правой подмышечной ямке. Были ли указанные следы электрическими ожогами, можно было установить гистопатологическим исследованием.
49. На фотоснимке спины видны посмертные артефактные пятна и белые участки бледности от контакта. Отчетливо видны следы, включая ярко-красную царапину на позвоночнике на уровне поясницы, а выше ее два темных красноватых пятна. Над ними видна горизонтальная линия царапины розового цвета. Все это может быть посмертными повреждениями, вызванными манипуляциями с трупом на шершавой или режущей поверхности. Они также могли быть причинены и до смерти. Для того, чтобы определить, что именно это было, требовалось произвести рассечение.
50. На фотографиях показано, что посмертное анатомическое рассечение было недостаточным в том смысле, что не было произведено рассечения спины, подошвы левой стопы или повреждений лодыжки. Неясно, было ли произведено рассечение повреждения подмышечной ямки. Фотографии также показали, что описание трупа в протоколе вскрытия было неполным.
3. Заключение профессора Корднера, представленное 12 марта 1998 г. по просьбе Комиссии
51. Данное заключение было составлено профессором Корднером по указанию членов Комиссии (см. п. 6 выше) на основании медицинских фактов, представленных страной, свидетельских показаний, заключений профессора Паундера и фотографий, представленных заявительницей.
52. Что касается фотографий, изменение цвета или пятнистое поражение на стопе представляли собой следы причиненных повреждений. Профессор Корднер считал, что фотографии слишком нечеткие, чтобы можно было на их основании сделать вывод о том, что белая блестящая полоса на мизинце правой ноги ассоциировала с лигатурой; не мог он также придти к какому-либо выводу о том, что следы на правой подмышечной ямке были результатом применения электрических приборов. Он отметил, что на ногах, помимо следов, которые могли соответствовать царапинам на левой лодыжке, были небольшие участки покраснения на передней и внутренней части правой лодыжки. Он согласился с тем, что профессор Паундер обнаружил на спине, и дополнительно отметил наличие других участков покраснения. Без результатов рассечения и/или гистологического исследования рассечения природа следов остается неопределенной. Они могли возникнуть в результате каких-либо действий до смерти или же быть посмертным явлением. Ушибы и синяки на подошвах стоп относительно необычны и свидетельствуют о приложении по меньшей мере умеренной силы. Подобные синяки могли быть вызваны нанесением ударов по подошве стопы. Человек с такой травмой не смог бы ходить без как минимум видимой хромоты.
53. Что касается определения давности кровоподтека на груди, авторы последних публикаций в области судебной медицины едины во мнении о том, что нужно подходить к этому вопросу осторожно. Представляется нерезонным восстанавливать точную хронологию изменений цвета, как тому учили в прежних учебниках, поскольку тут имеется слишком много переменных. Если для того, чтобы отличить давность кровоподтека на груди от "свежего" кровоизлияния вокруг перелома грудины, эксперты полагались на его лиловый цвет, то вывод на этом основании был неверный. Материалы не позволяли провести различие по давности между кровоподтеком на груди и кровоизлиянием вокруг перелома грудины. В одном недавно опубликованном исследовании, проведенном для того, чтобы показать уровень разногласий между авторами, делается вывод, что единственный пункт, по которому имеется согласие, состоит в том, что кровоподтек с видимым пожелтением имеет давность более 18 часов. Таким образом, лиловый кровоподтек мог быть свежим (т.е. давностью менее 24 часов), но мог быть и более старым.
54. Что касается перелома грудины, то прежних жалоб на боль в груди не отмечалось, поэтому можно заключить, что он произошел незадолго до смерти или примерно в этот период. По мнению профессора Корднера, имело место совпадение двух травм (кровоподтека и перелома), которые невозможно различить по давности, или же была всего одна травма. Если в момент привода Ажита Салмана в изолятор кровоподтека у него на груди не было, вопрос решается относительно легко. Большинство патологоанатомов рассматривали бы их, prima facie, как одну травму или утверждали бы, что имеется опровержимая презумпция о том, что они являются одной травмой. Что же касается возможности того, что кровоподтек и перелом грудины были вызваны попыткой реанимации, в таком контексте значительное повреждение грудной клетки бывает редко. Переломы грудины, вызванные восстановлением сердечной и легочной деятельности, обычно ассоциируют с переломом ребер, а не с кровоизлиянием вокруг грудины или с кровоподтеком на поверхности. Если кровоподтек на груди и перелом грудины с сопутствующим кровоизлиянием являются результатом одной травмы, эта травма не ассоциирует с попыткой реанимации. Перелом в результате падения на плоскую поверхность был бы необычным. Сильный прямой удар при падении на относительно гладкий и широкий выступ может вызвать такую травму, но профессор Корднер не помнит, чтобы когда-либо видел такое в форме изолированной случайной травмы (т.е. без полученных одновременно травм других частей тела). Причиной такой травмы также может быть удар кулаком, коленом или ногой.
55. Легкие с отеком, достаточным для того, чтобы рассматривать их как признак сердечной недостаточности и для того, чтобы вызвать диспноэ продолжительностью 20-30 минут, весят более 300 г. Веса легких в таком случае ассоциируют со значительно более быстрой смертью. Отек, обнаруженный в головном мозгу, незначителен: вес головного мозга жертвы немного меньше среднего веса головного мозга для мужчины его возраста.
56. Факт прежней болезни сердца бесспорен. По мнению профессора Корднера, наиболее вероятное объяснение смерти следующее. Перед смертью Ажит Салман получил значительные травмы подошвы левой стопы и передней части грудной клетки, что явилось причиной кровоподтека и prima facie перелома грудины и вызвало кровоизлияние в прилегающей области. Страх и боль, связанные с этими событиями, привели к выбросу адреналина, что увеличило частоту сердечных сокращений и повысило кровяное давление. Это создало тяжелую нагрузку для уже нездорового сердца, что и вызвало остановку сердца и быструю смерть. Как вариант объяснения, сдавление грудной клетки, связанное с переломом грудины, вызвало фатальное нарушение сердечного ритма, не оставив видимого повреждения. Слабость такого варианта заключается в выводе о том, что травмы грудной клетки представляют собой одну травму, а не две, а этот вывод частично зависит от косвенных факторов, и сомнения в его правильности полностью разрешены быть не могут. Однако, даже если допустить возможность того, что они являются разными травмами, все равно кровоподтек на груди можно считать свежим и образовавшимся во время нахождения в изоляторе, а в таком случае формальная причина смерти будет та же самая, а именно, остановка сердца у человека с больным сердцем после получения травм левой стопы и груди. Если считать, что перелом грудины объясняется попыткой реанимации, причина смерти изменится только в том случае, если сделать вывод о том, что кровоподтек образовался до помещения в изолятор.
57. Критически важной задачей вскрытия трупа в данном случае является оценка обстоятельств, в которых, якобы, умер этот человек, в частности, была ли это естественная смерть во время нахождения под стражей или нет. Для такой оценки критическое значение имеет давность кровоподтека на груди. Даже если принять точку зрения д-ра Шена относительно давности, основанную на цвете, вскрытие трупа должно было быть проведено так, чтобы у другого патологоанатома в другое время была возможность сделать собственный вывод на этот счет. Важные наблюдения должны обосновываться объективно. В отсутствие фотоснимков очевидным методом, с помощью которого доктор Шен должен был доказать свою правоту, было гистологическое исследование. Отсутствие фотоснимков должного качества также серьезно воспрепятствовало проведению расследования и оценки данного дела. Упущения также проявляются в недостаточном подкожном вскрытии для поисков не видимых снаружи ушибов и в отсутствии гистологического исследования повреждений, имеющих ключевое значение для правильной оценки обстоятельств смерти.
58. Профессор Корднер знаком с профессором Паундером на профессиональной почве. Ни с д-ром Киранжил, ни с д-ром Шеном он не знаком.
II. Внутреннее законодательство и процесуальные нормы, имеющие отношение к данному делу
59. Принципы и процессуальные нормы, имеющие отношение к ответственности за деяния, противоречащие закону, можно резюмировать следующим образом.
скачать файл


следующая страница >>
Смотрите также:
Решение Страсбург, 27 июня 2000 г
892.27kb.
Ход событий в мире свидетельствует, что Решение о создании Организации, принятое 15 июня 2001 г в Шанхае, было своевременным и отвечающим главным тенденциям развития обстановки в регионе и в мире
73.44kb.
Заместитель Министра образования
553.54kb.
Герб Алтайского края установлен законом Алтайского края от 1 июня 2000 года №27-зс «О гербе Алтайского края»
31.75kb.
Включите алкометр, при этом аt-2000 подаст звуковой сигнал и начнет подготовку сенсорного датчика для начала замеров. Процесс подготовки датчика фиксируется на цифровом дисплее аt-2000 путем обратного отсчета
16.11kb.
Памятные даты Белгородской области 18 июня 24 июня 2012 года
31.98kb.
Опрос стартовал 7 июня. Последним днем, когда можно ответить, было 15 июня 2012 года. Но фактически ответы собирались до 18 июня
364.68kb.
Литература 2000-2008 Дисциплина, для которой рекомендован учебник
3889.91kb.
Материалы республиканской научной
3115.02kb.
Программа заседаний (Нижний Новгород, 5-8 июня 2007 г) Нижний Новгород 2007 5 июня, вторник
148.28kb.
Статус конвенции юнидруа по похищенным или незаконно вывезенным культурным ценностям
26.43kb.
Международный Олимпийский Комитет принял решение
3174.69kb.